![]() |
Диспут между Ходжой и Дехри
Когда Тимурленг был в Акшехире, пришел в город дехри (философ-материалист) и
объявил: “Я хочу предложить вопросы. Если есть у вас искусные ученые, давайте устроим состязание”.
Тимурленг собрал именитых граждан города и сказал: “К нам пришел со стороны ученый и хочет состязаться
с вами в науках естественных и материалистических. Он странствует, ходит по всему свету. И если вы не
выставите против него человека, ум которого постиг различные науки, он повсюду расславит, что в Руме
ученый люд иссяк и исчез, а это поведет к умалению нашего достоинства среди государств и народов”.
Старейшины города устроили совещание и сперва хотели было с сожалением
признаться, что, действительно, у них ученых нет, но потам подумали: “Нет, так не годится, нужно найти
выход из положения и спровадить эту погань”. Они решили вызвать ученых из Коньи, Кайсери, но кто-то
заметил: “Звать ученых со стороны, - на это потребуется много времени, и этим мы только обнаружим
собственное ничтожество, да это и унизит нас среди жителей нашего города. Говорят ведь: “Умный совет
идет от дураков”. Давайте узнаем, как смотрит на это наш ученый ходжа. Может быть, он что-нибудь
придумает, и мы сплавим этого чужака, который нашего языка не знает”.
Все нашли это предложение удачным и, позвав ходжу, рассказали ему, в чем дело. “Ладно,
- заметил ходжа, - вы предоставьте это мне. Если я утихомирю его метким ответом, - ну великолепно а нет,
так вы скажете: “Это - человек тронувшийся, дувана, и сам залез сюда на собрание”. И вы выставите против
него другого, ученого человека. Только, если будет мне удача, - от всех вас я желаю подарочек.
Благоволение государя в счет нейдет”. - “Голубчик ходжа, - закричали старейшины, - ты только не посрами
нас, а уж там, что пожелаешь - все для тебя сделаем”.
В назначенный день на площади города были разбиты палатки, и эмир Тимурленг со
свитой, все одетые в золото, разукрашенные, величавые, предстали в военных доспехах и оружии. Потом
явился и дехри, растрепанный весь, чудной, и уселся около Тимурленга. Когда все собравшиеся расселись,
стали поджидать ходжу. Вот, наконец, пришел и ходжа с громадным сарыком на голове на нем надет был биниш
с широкими рукавами позади шли Хаммад и другие его ученики. Ходжу посадили по правую руку государя.
Выпили шербет, и, когда передохнули, выступил вперед дехри и торжественно
очертил круг, потом, как бы требуя от ходжи ответа, взглянул ему в лицо. Ходжа поднялся к, проведя как раз
по середине круга черту, разделил таким образом круг на две части и тоже посмотрел на дехри. Потом
провел еще черту, перпендикулярно к первой, и разделил круг на четыре равные части. Делая знак рукой, он
три раза как бы тянул к себе, а одну часть как бы отталкивал в сторону дехри и опять посмотрел на него.
Дехри знаком одобрил решение ходжи, давая понять, что он знает эту задачу. Потом дехри сложил руку в виде
распустившегося тюльпана и несколько раз поднял пальцы кверху. А ходжа сделал наоборот и, держа ладонь
книзу, опустил пальцы дехри опять согласился. Наконец дехри указал на себя и, изображая пальцами, как
будто это ходит зверь по земле, провел себе по животу, как будто оттуда что-то выходит. А ходжа достал из
кармана яйцо и, показав его, начал махать руками, изображая, что он летит. Дехри одобрительно закивал. Он
встал и, склонив почтительно перед ходжой голову, поцеловал ему руку и поздравил государя и вельможей
города, что среди них находится такое “чудо времени”.
Присутствовавшие на собрании были очень обрадованы исходом и со своей стороны
тоже поздравили ходжу, избавившего их от срама. Все начали подносить ему в подарок деньги, заранее
приготовленные на всякий случай, а кто пообещал дать после Тимурленг тоже осыпал ходжу драгоценными
дарами.
Когда все разошлись, падишах, приближенные и вельможи города отозвали дехри в
сторону и через переводчика сказали ему: “Из ваших знаков мы ничего не поняли. Что вы говорили ходже, и
что он такое вам ответил, что вы признали это соответствующим истине?” Дехри объяснил: “Между учеными
греческими и учеными еврейскими существует разногласие о сотворении мира. Так как мнение
мусульманских ученых об этом мне не известно, я очень хотел узнать истину. Я поэтому изобразил
шаровидность земли. Ходжа мало того, что подтвердил это, - он еще линиями, проведенными им, разделил
землю на северное полушарие и на южное полушарие. Потом он провел еще линию, перпендикулярно к первой, и
три части потянул в свою сторону, а четвертую - ко мне, - он хотел сказать, что три части земного шара -
вода, а одна четверть - суша: так он объяснил “семь климатов” земли. Потом, чтобы обследовать тайны
создания и творения, я поднял пальцы кверху, указывая на растения, деревья, источники, рудники. А ходжа,
наоборот, опустил пальцы книзу и тем, согласно последним изысканиям ученых, правильно объяснил мне, что
все это - благодаря дождям, изливающимся с неба от действия солнечного света и прочих высших небесных
тел, и что так рождаются и произрастают на земле творения. Тогда, показывая на себя, я говорил, что
творения, возникающие на земле, размножаются путем дифференциации частей при этом я, по-видимому, о
значительной части одушевленных предметов выразился неясно. А ходжа достал из кармана яйцо и, делая
рукой движения, как будто он летит, намекнул на летающих тварей. Таким образом, кратко, но вразумительно
он высказался о создании мира и о многочисленности человеческого рода. Из этого я понял, что ваш ученый
действительно гений, обладающий знанием наук небесных и земных, или, иными словами, наук осязаемых и
реальных. И вы можете гордиться, вы, его земляки и соотечественники, таким ученым знатоком естественных
наук”.
Проводив дехри с почестями и подарками, все окружили теперь Ходжу и стали
расспрашивать также его. Ходжа сказал: “Ну что там говорить! Это человек больной, жадный, голодный, как
собака. Вы-то наговорили мне про него, что он - ученый, и только напрасно взволновали меня. Я пришел как
вы видели, он очертил рукой круг, - он подумал: “Ах, вот если бы был поднос с пирожками!” Я сперва
разделил поднос надвое, по-братски смотрю, а он и в ус не дует. Тогда я разделил на четыре части: три
части взял себе, а одну часть дал ему. Бедняжка согласился и закивал головой, как бы говоря: “Мне и этого
довольно”, - хотя, на самом деле, он хотел больше. Потом он сказал: “Вот если бы изготовили плов, мы бы
покушали!” А я прибавил: “Да, но нужно сверху посыпать сольцы, положить перцу, фисташек, изюму и так
далее”. Так мы разрешили и этот вопрос. Потом он показал себе на живот, а рукой показал, что он пришел
издалека и давно уже не кушал ничего вкусного. А я сказал ему, что я еще более проголодался, чем он: от
пустоты в желудке я так потерял в весе, что могу летать, как перышко. Встал я утром, и жена всего-то и дала
мне яичко. А тут вы пришли за мной, и я не успел съесть даже яйцо и положил его про запас в карман. Вот и
все”.
Чутствующие, вспоминая изречение: “Что я спросил у тебя? А ты что понял?
Удивительная история!” - изумились тому, как, несмотря на разность восприятия, вопросы и ответы
удовлетворили обе стороны. |
![]() |
